![]() |
|
||||
Стоматологическое
|
Интервью в рамках проекта «Диалоги о здоровье», с ответами на частые вопросы об имплантации:
Ольга Еременко – врач стоматолог-пародонтолог, ортопед; автор проекта «Диалоги_о_здоровье», детской книги «Зубная школа»; лектор.
Эдуард Ким – врач стоматолог-ортопед, главный врач и основатель клиники «Prima Dent», лектор авторского курса для стоматологов-ортопедов.
![]() |
![]() |
Разговор без обещаний «быстрой Голливудской улыбки», с акцентом на прогноз, этапность и ответственность пациента за гигиену и контроль.
– Эдуард, давай начнём с самого простого вопроса чем занимается врач стоматолог-ортопед?
Ортопед – это тот, с кого логично начинать путь к здоровой улыбке. Он планирует лечение и держит в голове всю конструкцию целиком, учитывая пастуру человека. Ортопед – и главный дизайнер, и архитектор, и прораб, и мастер-исполнитель в одном лице. Он решает, в какой момент должны подключаться ортодонт, терапевт, гигиенист, имплантолог – и затем отвечает за то, чтобы всё заработало: чтобы пациент жевал, чтобы прикус был устойчивым, чтобы результат сохранялся во времени.
– Ты упомянул пастуру. Зачем она стоматологу?
Потому что мы работаем не «с одним зубом в вакууме». Мы оцениваем прикус, положение челюстей, сустав – и понимаем, как это влияет на тело. В интервью даже даётся простое определение: «пастура – это положение тела в пространстве». И это не философия, а практическая логика: сустав влияет на пастуру, а постура – на привычные нагрузки, а нагрузка – на срок службы любой конструкции.
– Начнём с главного мифа. Как ты относишься к обещаниям «всё на 4 имплантах за 3 дня» – чтобы жевать всё что угодно и улыбаться Голливудской улыбкой?
Критично. Потому что зубы за 3 дня – это не про медицину, это больше про маркетинг. Сам подход не универсален: бывают ситуации безнадёжные, когда это действительно выход, но превращать это в «решение для всех» – опасно. В погоне за красивой картинкой люди иногда идут слишком далеко, удаляя все свои зубы – даже те, которые не имеют показания к удалению».
– Какие осложнения чаще у молодых, которые ставят «всё на четырёх»?
Поломка конструкции. Самая частая причина – перегрузка. Молодые сильнее нагружают, верят, что титановый имплантат – им можно жевать. А дальше цепочка: переломы удерживающих винтов, переломы абатментов, потом нагрузка уходит в кость, идёт убыль кости, потеря мягких тканей, забивается пища, присоединяется вторичная инфекция – и в итоге обнажение тела импланта вплоть до перелома импланта. Это редко происходит мгновенно – чаще созревает годами.
– Почему идея «удаляем всё и ставим импланты» звучит для тебя тревожно?
Основная проблема таких конструкций – это именно расширенные показания, то есть там, где даже зубы можно сохранить их удаляют. Конструкция на 4 имплантатах – это последняя конструкция в жизни пациента, когда мы удаляем зубы – это не начало, это точка невозврата. Дальше запускаются естественные процессы: нет зубов – нет питания челюстей, нет питания кости. Восстановить это мы уже никак не можем.
– Эта реклама провоцирует людей к не лечению зубов вовремя. Можно полечить, пока есть возможность, а человек думает: «А зачем? Вот, в рекламе же пообещали сейчас через 3 дня мне всё поставят и всё будет хорошо и красиво.
Да, это больше про маркетинг. Пациенты думают, что раз это титановый имплант, там не будет кариеса, его можно не чистить. На самом деле, за имплантатами нужно ухаживать больше, чем за естественными зубами и там масса факторов, которые влияют на долговечность этого имплантата. И зачастую четырех имплантатов не хватает для того, чтобы он функционировал всю жизнь. Я назначаю чистку зубов после каждого приёма пищи пациентам с имплантатами.
– Пациенты хотят «быстро, качественно и дешево». Как ты объясняешь, что на самом деле возможно?
Я стараюсь сначала выстроить контакт: понять, что реально можно сделать. И объясняю через простую схему с кружками, где в одном кружке – время, в другом – качество и в третьем цена. Когда они находятся в балансе – тогда происходит положительная история. Если один кружок перетягивает – обычно приходится чем-то жертвовать.
– Часто звучит от пациентов: «импланты не приживаются». Что ты отвечаешь?
На сегодня приживление импланта идёт больше чем в 95% случаев. Проблемы чаще там, где доктор не так тщательно собрал анамнез, не учёл скрытые заболевания, или в угоду комфорта или маркетинга делаются какие-то сложные этапы вместе.
– Что именно ты называешь сложными этапами?
Когда удаляют зуб или делают пластику кости и сразу ставят имплантат, но у него плохая первичная стабилизация – а это важнейший фактор для остеоинтеграции. Когда не сделали пластику десны, не учли ткани, надеются, что само заживёт. Иногда не заживает – и тогда всё рушится.
– Имплант – это полноценная замена зубу?
Нет. Это качественный, но всё-таки протез. У него нет защиты как у естественного зуба, нет барорецепторов, он не знает, твёрдое или нет – даже ему гвоздь, он его будет кусать.
И ещё важная деталь: вокруг зуба есть зона, где иммунная защита сильнее – зубодесневая борозда. Вокруг импланта механика и биология другие, поэтому требования к уходу выше, а цена ошибки – дороже.
– Тогда логичный вопрос: что лучше – зуб под коронкой или имплант вместо зуба?
Если зуб удалось качественно пролечить и восстановить – это намного лучше, чем имплантат. Но иногда выбираешь из двух зол. Мы оцениваем прогноз: сколько прослужит восстановленный зуб, и сколько – имплант. Не стремитесь расстаться со своими собственными зубами как можно быстрее.
– Ты всегда рассказываешь пациенту про риски и осложнения?
Обязательно. Что будет с конструкцией через несколько лет, где будут слабые места и как мы будем их решать.
Мы иногда не угадываем – но чаще, в лучшую сторону. Когда врач ожидает 3–5 лет, а конструкция стоит 15 – это приятная ошибка.
– Диабет – это запрет на имплантацию? И вообще: кому «точно нельзя»?
Абсолютные противопоказания – это любые не компенсированные соматические заболевания и психологические заболевания. Если состояние компенсировано, в том числе сахарный диабет, пациент выполняет рекомендации – имплант можно поставить, это не приговор.
– А что с костной пластикой? Её часто подают как простую историю: «сейчас кости положим – и будет идеально».
Кость кладут, а пациенты потом ходят без зубов долгое время, материал постепенно вываливается, и в итоге остаётся тонкая косточка уже без возможности туда что-либо поставить. При вертикальном наращивании кости 50% может прижиться – 50% нет. Всё равно будет вертикальная и горизонтальная потеря кости, и импланты со временем могут оголяться.
– Что ты называешь реальным «ключом к успеху» после имплантации?
Контроль и уход. В интервью это звучит почти как принцип: не «сделал – рассчитал – забыл», а «держать пациента в пределах клиники», наблюдать, как он делает домашнюю гигиену, вовремя ловить риски.
– Сколько имплантов нужно на одну челюсть, если удаляются все зубы?
Я говорю так: «шесть – минимально», «восемь – оптимально». Десять – это уже возможность делить на отдельные «мостики», а значит выше ремонтопригодность. А четыре – это только когда делается протез, потому что «есть колоссальная разница между коронками на имплантах и протезом на имплантах».
– Сколько служит имплант?
Если всё сделано грамотно, учтены риски, пациент выполняет рекомендации – «он может служить всю жизнь». Но есть бытовая, неожиданная проблема: расходники. В интервью приводится реальный кейс: имплантам 20–25 лет, а фирма исчезла – и «нет никаких расходников», чтобы нормально перепротезировать. Отсюда же – критика «стоматологического туризма»: люди едут «где дешевле», а потом вопрос сопровождения просто «закрывается».
– По материалам коронок: что «самое лучшее»?
Идеального материала нет. Есть материалы, «приближенные к эмали» по твердости и стираемости – в интервью таким называют e.max/«имакс». А цирконий твёрдый, поэтому его часто покрывают керамикой, чтобы стираемость коронки и своих зубов была примерно одинаковая.
– И прикус со временем меняется?
Прикус не может быть идеальным – вот как ты сделал его, доктор, и всю жизнь он будет такой». Кость меняется, челюсть меняется, и «зубы тоже должны меняться». Иногда на коронках через годы появляется шероховатость – и в интервью звучит неожиданная мысль: «это наоборот хорошо – это говорит об адаптации».
– А ещё есть человеческий фактор: мода на абразивные пасты и порошки. Пациенты приходят с «потускневшими» винирами, потому что пытались «сделать белые виниры ещё белее» – звучит забавно, но последствия реальные. Давай про страхи пациентов: боль, «не приживётся», цена. Как ты с этим работаешь?Мы лечим пациентов долго, дорого и делаем больно. Стоматолог «должен быть психологом». Я прямо говорю, что много лет изучал психологию и психотипы – чтобы объяснять понятным языком и снижать тревогу.
Про цену в интервью есть очень жизненный кусок: можно адаптировать план, растягивать лечение. Зубы в ипотеку – план можно собирать поэтапно, чтобы пациент не «ушёл в закат» и не вернулся, когда «всё сломалось через двадцать лет, и там уже ничего не сделаешь».
– А почему общество так легко делает врача «виноватым»?
Мы обсуждаем это отдельным блоком – и там есть сильная сцена из наблюдения: в новостях рассказывают про трагическую смерть от аллергической реакции после анестезии, но «вообще не было намёка на агрессию на врача». У нас же «очень модно обвинять сразу врачей», будто «врач – это услуга или прислуга».
«должно быть больше доверия и больше времени выделено на разговор».
– Есть ли альтернативы имплантации?
Конечно. Ортопедия «не заканчивается только имплантатами». Есть «классическое съёмное протезирование», которое работало десятилетиями и в ряде случаев остаётся разумным решением.
– И финально: как ты смотришь на клиники «потоком»?
У больших сетей иногда получается «машина конвейер»: «зашёл пациент – прошёл все этапы – вышел». Стандартизация сама по себе неплохая, но, когда конвейер начинает подменять клиническое мышление и индивидуальные показания – появляются те самые «лишние удаления» и «быстрые решения» ради красивой витрины.
Просмотрено 26
Нравится 2
Мне нравится ![]()